Проблема
Знания со встреч — самый дорогой и наименее структурированный актив команды. Решения фиксируются в личных конспектах, найти через месяц, что и почему решили, почти невозможно, а новый сотрудник долго набирает контекст, расспрашивая коллег. У платформы встреч есть API, но записи без текста не ищутся, а транскрибации без хранилища расползаются по личным папкам и чатам.
Что я сделал
- Автоматический контур записи. Встреча пишется через API Mymeet, по завершении запись уходит в транскрибацию — участники ничего не делают вручную.
- Единое хранилище с полнотекстовым поиском. Все транскрибации в одном месте: «что решили по этому вопросу» — вопрос поиска, а не археологии по чатам.
- Несколько точек входа. API, веб-интерфейс и браузерное расширение — каждый работает с архивом из привычного окружения.
- MCP-доступ. Хранилище подключено как MCP-сервер: ИИ-агенты сами ищут по встречам и отвечают на вопросы со ссылками на источники.
- Ролевая модель. Доступ к записям и транскрибациям разграничен по ролям — чувствительные встречи видят только те, кому положено.
Результаты
- Встречи автоматически превращаются в ищемый архив — ни одна запись не теряется в личных папках.
- Поиск по транскрибациям доступен из любой точки: веб, браузерное расширение, API, ИИ-агенты через MCP.
- Контекст проектов восстанавливается по архиву встреч, а не по памяти участников.
- Роли закрывают самый чувствительный массив компании: во встречах звучат клиенты, цифры и персональные данные.
Чему научился
- Ценность не в транскрибации, а в хранилище с поиском: текст без полнотекстового поиска — мёртвый груз. Транскрибация — пайплайн, продукт — архив.
- Одна и та же функция нужна в нескольких точках входа: аналитику — API, менеджеру — веб, «здесь и сейчас» — расширение, агенту — MCP.
- Роли и доступ закладываются в первый релиз: откатить утечку записи встречи нельзя, в отличие от почти любого другого контента.
Стек: Mymeet API, speech-to-text, полнотекстовый поиск, Model Context Protocol, браузерное расширение.